РАССКАЗЫ МОЕЙ СОБАКИ. ГАВ 1

СБОРНИК – СЕРИАЛ

scherbakov-1400

ФОТО: Елена Лазарева (хозяйка моей подружки, черной терьерши – ТЕРРИ. Там в правом нижнем углу даже ее бок попался).

ГлАВа — 2
ГлАВа — 3

ПЕРЕВОД И МАШИНОПИСЬ: Евгений (мой хозяин).

АВТОР: Я — РИЗ (Так меня назвал мой хозяин, так меня зовут. На фото тоже – я. Пол – естественно мужской, кобель по-нашему. Порода – Алабай, средне-азиатская овчарка по-вашему. Окрас – редкой, белый с палевым. Еще, там на фото — мой хозяин. Только, он — лёжа).

 

ВВОДНОЕ СЛОВО

Мы, с моим хозяином затеяли одну авантюру. Вернее он затеял. Он придумал — записать целый цикл рассказов. Целый сериал.

Ну — чего. Хорошая идея. Думаю — пусть записывает, если ему не лень. Никакая не авантюра. Вы же все уже привыкли к телесериалам. И к этому привыкнете. Вам не привыкать.

Пусть это будет такой — литературный сериал.

Только он, вот еще чего придумал. Это – важно. Рассказывать буду я, его собака, а он только переводить, да записывать. Даже название придумал — Рассказы моей собаки.

Ну, мне-то всегда есть чего рассказать. Но как он это потом запишет? И будет ли это кому-нибудь интересно. Представить трудно. Хотя, в отличие от вас, я всегда говорю только то, что думаю. (И, заметьте – без мата). А что я думаю, это может кому-то не понравиться. Но по законам жанра — если это кому-то не понравится, значит — понравится всем остальным.

Он меня еще спросил – А дату-то ставить? Под этим, – не знаю как это будет теперь называться. Ну, после каждого твоего откровенья?

Я, нехотя ответил – Не знаю. Делай как умеешь. Я после себя — дату никогда не ставил. Кто понимает – и так все ясно. Без даты. Я сейчас срочно другим занят – творчеством.

И еще. Меня строго судить нельзя. Я всего лишь — пес, хотя и очень симпатичный (см. фото). А с собаки — какой спрос?

И главное. Мы с моим хозяином будем заниматься этим вместе. А вместе с ним я готов на все. На любую авантюру.

С уважением, всегда ваши — Я — РИЗ и мой хозяин Евгений.

P.s. Совсем забыл добавить. У нас с моим хозяином день рождения — в один день. Мы не братья, конечно, как Стругацкие. Не – Вайнеры, какие-нибудь. Но это все равно — чего-нибудь, да – значит!

12.2013.

ГлАВа —1

Родился я — как все. Как все — не помню как родился.

Помню только, что запахло чем-то теплым. Близким.

Схватился за это и стал впитывать. Всасывать. Стало легко. Мокро. Тепло.

Дальше — опять не помню. Потом, помню, что так было каждый раз, когда просыпался. Еще подумал — пусть будет так всегда.

Больше так не было.

Я открыл глаза и сразу испугался. Это я сейчас понимаю, чего я испугался.

Даже не солнца. Оно тогда уже зашло. Даже не звуков и запахов. О них — позже.

Я испугался света. Просто — света, с которым придется жить. На котором, все и произойдет. А что там потом произойдет, на этом свете — никто не знает.

И я не знал. Просто понял, не надо ничего бояться. Решил — я больше никого и ничего не боюсь. А если — что, то пусть они сами меня боятся. А, кто они такие и сколько их. Это было уже — не важно. Я так решил.

Единственное, чего я не мог тогда понять. А, я-то — кто такой? И — чего я хочу? И, вообще — зачем все это?

Ну, ладно. Спросить все равно не у кого. Раз — есть, пусть так и будет. Потом разберемся. Завтра. С утра. Проснемся и пойдем разбираться. Тем более, что я уже решил — никого не боюсь. А кто я такой и почему такой смелый — завтра узнаю. В крайнем случае — послезавтра.

* * *

Проснулся. Как обещал — завтра. А — тут!

Что-то зачесалось во рту. Захотелось чего-нибудь откусить. Потом, отнести в сторонку и там погрызть.

Осмотрелся по сторонам — все чего-то грызут.

Я-то думал — я один такой. А — тут (как выражается мой будущий хозяин) нас — как собак нерезаных.

И грызть нечего. Все сгрызли. И — жить не хочется. Хотя — только начал.

Ладно, думаю. Без паники. Сначала — осмотрюсь.

Осмотрелся.

Они какие-то все крупные вокруг. Их много. И окрас у них почти одинаковый. Какой-то — дымчатый. Красивый окрас. Элитный. Я даже на них — залюбовался.

У них не только окрас. У них и взгляд одинаковый — злобный. Пугающий. Лютый взгляд.

Не тороплю события. Пока — приглядываюсь. А, там — посмотрим.

Решил. Сам на конфликт не полезу. Но! Если кто-то из них – сунется, порву на куски (на какие?) — на дымчатые.

Так я решил. И на всякий случай — отошел в сторонку.

Не спрятался — нет. Просто отошел, чтобы оценить обстановку. Осмотреться. И решить — что дальше-то делать. Как быть.

Потом принесли еду. Для нас. Для всех. Высыпали в большую кормушку.

Они все туда кинулись. Всей дымчатой сворой. По дороге к кормушке они рычали и кусали друг друга. На бегу.

Я не побежал. Не стал им уподобляться. Задумался, огляделся и вижу, что я – не один.

Недалеко от меня сидит парень. Такой же, как я щенок. Он тоже не побежал. Он тоже не испугался. Он тоже, просто – не захотел бежать и кусаться. Еще – он был не дымчатого окраса.

Он был весь белый и как-то несуразно и бестолково обляпанный какими-то пятнами. Где-то серыми. Где-то коричневыми. Даже – на морде.

Урод – короче.

Еще, у него губы были — черного цвета! Жуть!

Я посмотрел на него и подумал – Да! Не повезло парню с внешностью. Трудно ему будет жить дальше.

Те, которые жрать побежали. У них – все правильно. Губы, ресницы, глаза, даже зрачки глаз были обычного телесного цвета. Про окрас – я уже говорил. У них – все правильно.

Да, еще. Совсем забыл. С нами осталась еще одна маленькая собачка. Она радовалась нам и прыгала на трех лапках.

А вторая – она сидела возле хозяйского крыльца. То ли сидела, то ли лежала. Она изредка поднимала свою головку. Смотрела на нас. Потом – роняла.

А этот, который некрасиво окрашен, спросил у меня – Ты – готов?

— К чему?

— Как, к чему? Ты все проспал?

— Нет. А чего я проспал? В смысле – на что я не обратил нужного внимания?

— Я так и знал. Ты – думающий пес. Большая редкость в каждом Алабайском помете. Обычно – два — три хромых, горбатых, хилых, полудохлых.

Короче, ты — уникал. Таких, как мы с тобой рождается — один на сотню дымчатых. А-то, и – на две. А мы с тобой умудрились, вернее – нас умудрились родить подряд.

Наверно наша мамка перед нашими родами пыталась книжки читать или грызть. Возможно, даже откусила и сглотнула какой-нибудь кусочек.

Короче – Привет! Я твой старший брат. Я – из предыдущего помета. Потому – старший. А тебя я сразу приметил. По окрасу. Сначала подумал – очередной дохляк. Потом, вижу – нет. Вижу – смотришь, оцениваешь, анализируешь. Значит – наш.

Он улыбнулся и продолжает:

— Пошли, водички попьем. Натощак. Там ловить больше нечего. Они все подмели. Сейчас – кормушку долижут и станут друг на друга бросаться. Они все такие – твои кровные братья. Ну что? Пошли — попьем.

— Не братья они мне! И – пить я с тобой не буду. Давай, хоть девчонкам поможем. А?

— Девчонкам и так, без нас помогут. Ты их больше не увидишь. Если тебя не покупают – ты больше никому не нужен. Тут – бизнес. Бизнес, это товар – деньги – товар. Товар – это мы с тобой. Деньги – не знаю. Врать не буду. Ни разу не видел. Но хотел бы посмотреть – что это такое. На что эти люди легко меняют чью-то жизнь и чью-то смерть.

Про себя скажу так. Меня за то держат, что я важным гостям нравлюсь. Говорят – окрас редкий. К себе не берут. Не покупают. Ни к чему я им. А тут – просят, чтобы всегда был.

Вот я и есть. Кстати, есть — особенно тоже не дают. Ну. Так ты чего – пить-то будешь?

— Ну, чего. Можно. На всякий случай.

— Тогда иди туда, за сарай. Там – лужа. Из хозяйского крана натекло – пить можно. И – еще! Прежде, чем лужу мутить, посмотри на себя, на свое отражение в луже. Посмотри внимательно. Может, пить и – расхочется.

И – второе еще. Завтра покупатели приедут. Всех купят. Здоровых. Дымчатых. Всех купят. Тебя – нет.

— Это почему – меня нет?

— Ты пока иди, попей и готовься к худшему.

— Это к чему такому худшему?

— Это к тому, что тебя еще неделю потерпят. Потерпят, но кормить не будут. Потом – все.

Я побрел к этой луже. За сарай. И думал, думал, думал.

Я понимал, что он на меня специально страху нагоняет. Хочет заранее меня настроить на худшее. Чтобы я не сразу сильно обрадовался, когда меня наконец купят и отвезут к себе. Где все будет хорошо. Где все будет даже лучше чем я мечтаю.

Я смело подошел к этой луже. Улыбнулся сам себе. Глянул в нее. И – ужаснулся.

Я увидел свое отражение. То, что отражалось там – в этой луже. Захотелось утопиться. Прямо здесь. Прямо в ней.

Все. Дальше рассказывать не могу. Слезы наворачиваются.

Все. Конец первой части.

12.2013.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *